♦ Пещерные и скальные храмы и монастыри

2.3 Монастырские деревни

<<К оглавлению Семека Е.С. «История буддизма на Цейлоне» Следующий раздел>>

 

Сведения о пожертвовании монастырям деревень, т. е. прежде всего права сбора налогов с жителей деревень, встречаются в последних главах Махавамсы: «Эта супруга царя, известная под именем Дамиладеви, пожертвовала свои собственные доходы от этой деревни… вихаре» (118). В Чулавамсе также есть подобный пример: «Дому молитв, называющемуся Махаллараджа, построенному им (царем) вместе с наследником, он пожаловал две деревни – Ханкару и Самугаму, а также царскую долю доходов деревни Кехелла» (119).

Это право на царскую долю могло относиться как к деревням, налог с которых шел в государственную казну, так и к собственно царским владениям, доходы с которых составляли личную собственность царя. Сена II подарил вихаре Мандалагири «деревни, которые принадлежали ему лично» (120). Подобную конкретизацию мы встречаем только в том случае, когда дарятся деревни из царского домена. При дарении деревень, платящих налоги в государственную казну, обстоятельство это специально не оговаривается, указывается только, какой вихаре какие деревни (или сколько их) приписываются. Чулавамса сообщает о целом районе, отданном царем Виджаябаху I в кормление монастырю: «Для постоянного снабжения их (монахов) пищей он подарил сангхе весь район Алисара» (121).

————————————————————————————————————————-

(117) EZ, V, № 8. Надпись сообщает также единственные в своем роде сведения о цене на землю на Цейлоне в IV-V вв. – 1 пая земли стоила 20 кахапан.

(118) Mhv., XXXV.48. См. также XXXIV.40.

(119) Civ., XLIV.119.

(120) Civ., LI.76.

(121) Civ., LX.14-15.

————————————————————————————————————————-

При передаче права на сбор налогов с жителей определенных деревень могли возникать следующие ситуации. В том случае когда дарителем был царь или член царской семьи (Д’), право на сбор налогов могло передаваться монастырю (М) либо 1) полностью (Д’ -> М), либо 2) частично, т. е. часть налогов сохранялась за царем (Д’ -> М + Д’).

Другой случай 3) представлял дарение царем права на сбор налогов светскому землевладельцу (Д”), где в свою очередь возможны были два варианта: За) полное дарение (Д’ -> Д”), которое могло превратиться в случаи, подобные первому и второму (3а1: Д’ -> Д” -> М, т. е. дарение светским землевладельцем всех налоговых прав монастырю, и За2: Д’ -> Д” -> М + Д”, т. е. частичное сохранение землевладельцем за собой прав на сбор налогов), и 36) частичное дарение царем права на налоги землевладельцу (Д1 -> Д” + Д’), которое также могло превратиться в два случая (Зб1: Д’ -> Д” + Д’ -> М + Д’ и Зб2: Д’ -> Д” + Д’-> М + Д’ + Д”). Таким образом, возникали ситуации, когда одна и та же деревня эксплуатировалась двумя или тремя собственниками (122).

Деревни, налоги с которых целиком принадлежали монастырю, назывались «самбхогагама» или «бхогагама» – «деревня, [находящаяся] во владении сангхи» (123). Дарение самбхогагама было дарением памуну, передававшимся монастырю навечно и не облагавшимся никакими налогами.

Самбхогагамами могли называться также и деревни светских землевладельцев, в случае если их дарили им на условиях выплаты небольшого налога какому-либо определенному монастырю. Так, в одной из надписей царь дарит своему придворному самбхога-гаму, вменяя ему в обязанность поставлять масло для ламп «дома большой статуи Будды и священного дерева Бодхи» монастыря Махавихара. Этой собственностью имеют право пользоваться он сам, его дети, внуки и их потомки (124).

Деревни, передаваемые сангхе, дарились вместе с обитавшими в них жителями, которые должны были либо отдавать вихаре часть своего урожая, либо работать в хозяйстве вихары.

Население деревень, принадлежащих вихаре, платило ей налог в виде натуральных поставок (риса, других зерновых, масла, одежды и т. д.), а также трудом.

————————————————————————————————————————-

(122) EZ, I, № 8; V, № 5.

(123) Civ., XLVI.14; XLIX.21-22; LI.70-71, 74-77; LII.46; LIII.31; LIV.28; LX.68-73; LXXXIV.3 и т. д.; EZ, I, № 1.

(124) EZ, II, № 12.

————————————————————————————————————————-

Некоторые жители деревень обязаны были три дня в году отработать в хозяйстве монастыря (на сельскохозяйственных работах, на рытье водоемов, ремонте, восстановлении и постройке монастырских зданий). Эти работники (варика) получали за свою работу небольшое вознаграждение (126).

Иногда какой-либо из деревень вихары предписывалась совершенно определенная функция. Так, в Чулавамсе и надписях мы встречаем деревни, которые должны были снабжать монастыри только пищей, например рисовым супом (126), деревни ткачей, снабжавшие вихары одеждой (127), деревни, налоги с которых должны были идти на ремонт монастырских построек (128), деревни, содержавшие монастырских рабов или крепостных (129).

Факт дарения монастырям деревень для содержания рабов, очевидно, и послужил поводом для неверного перевода термина «дасагам», встречающегося, к сожалению, только один раз, в надписи Махинды IV из Вевелкатии (130), как «деревня рабов».

Само содержание этой надписи, представляющей собой документ огромной ценности (единственное эпиграфическое свидетельство, касающееся правовых норм и системы наказаний и штрафов средневекового Цейлона), говорит о невозможности подобного толкования.

Речь идет о мерах наказания и судебной процедуре, применяемой в случае совершения какого-либо преступления жителями деревни. Обитатели дасагама несут коллективную ответственность и в случае необнаружения преступника платят коллективный штраф.

Судебная процедура проводится по всей форме, расследование совершается старостами этих деревень (наяка) и домохозяевами (кудин), которые после тщательного рассмотрения дела собираются на совет и выносят приговор.

Наличие старост, а также свободных земледельцев-домохозяев в деревнях, населенных рабами вихары, было бы невероятно. Столь же невозможна наличие в этих деревнях владельцев земель памуну (памуну ладдан), а также владельцев деревень (гамладдан).

————————————————————————————————————————-

(125) EZ, I, № 1, 4, 7А, 7В, 12, 15, 17; II, № 1 – 12

(126) Civ., XLII.63-64; XLIV.95-101

(127) Civ., XLI.96-99; EZ, I, № 1, 15; V, J4P> 5

(128) EZ, I, № 1.

(129) Civ., XXXVII.63; XLII.23-24, 61-62; LII 26

(130) EZ, I, № 21.

————————————————————————————————————————-

Кроме того, в надписи упоминаются «работники, уходящие на поденную работу в другие места». Если согласиться с переводом, предлагаемым Викремасингхе (131), и считать, что дасагам – это деревни, населенные рабами вихары, то сведения надписи становятся противоречивыми.

Гораздо более правильным нам представляется другое толкование, предлагаемое Кодрингтоном. Он полагает, что дасагам представляет собой группу из десяти деревень (132). К сожалению, это единственное свидетельство существования объединения деревень по десяткам. Подобная практика была известна в Индии, термин «дашаграма» употребляется в Артхашастре именно в этом значении (133). Существование «десятков деревень» как административных, фискальных и юридических единиц, по всей вероятности, подтверждается и упоминанием Чулавамсы о том, что царь Буддхадаса, построивший на острове множество больниц и всячески поощрявший сингальских врачей, назначил по одному врачу в каждые десять деревень (134). В этом же значении термин встречается и в Пуджавалии (135). В рассматриваемой надписи из Вевелкатии речь, несомненно, идет о такой группе из десяти деревень, принадлежащей вихаре, но пользующейся известной долей самоуправления, во всяком случае в юридических вопросах.

Можно предположить, что жители деревень средневекового сингальского государства, бывшие некогда свободными общинниками, представляли собой феодально зависимых крестьян, сидевших на земле и являвшихся ее наследственными держателями. При этом они платили налог либо царю, считавшемуся господином всей земли в государстве, либо светским лицам или буддийским монастырям при получении теми права на сбор налога, либо всем им. В любом из этих случаев они тем не менее сохраняли известную степень независимости.

Это выражалось в существовании (как в деревнях, принадлежавших светским землевладельцам, так и в деревнях сангхи) общинного самоуправления, в частности в судебных вопросах. Советы деревни состояли из наяки и нескольких кудин и обладали некоторыми судебными и административными функциями, хотя и контролировались высшими царскими чиновниками, совершавшими ежегодные объезды по стране и собиравшими налоги.

————————————————————————————————————————-

(131) См. там же.

(132) Н. W. Codrington. Ancient Land Tenure…. стр. 23. В новое время на Цейлоне также существовало такое деление. Группа из десяти деревень называлась gandahaya (см. там же).

(133) Каутилья, Артхашастра, стр. 256.

(134) Civ., XXXVIL146. Здесь сказано dvipancake – двойные пятерки, т. е. десятки.

135 В форме пал. dasagamaka-ta (Н. W. Codrington, Ancient Land Tenure…, стр. 23).

————————————————————————————————————————-

Элементы общинного самоуправления, которые мы находим в социальных отношениях средневекового сингальского государства, являются, по-видимому, остатками существовавшей в древний период сильной независимой деревенской общины.

Сингальская средневековая деревенская община повсеместно несет коллективную ответственность как в том случае, когда каким-либо из членов общины совершено преступление (136), так и при нанесении ущерба общинником, нанятым на работу в хозяйство монастыря (137).

Таким образом, доходы монастырей складывались прежде всего из поставок арендаторов, сидевших на землях вихары, и налога, который монастырь собирал с приписанных ему деревень.

По нескольку деревень имели, конечно, лишь крупные монастыри, мелкие же вихары, зависимые от центральных монастырей (раджавихары), не могли прокормиться за счет собственных небольших владений, и нередко обитатели их приходили питаться в трапезные раджавихар.

Вот что об этом рассказывает Чулавамса: «Бхиккху меньших вихар обычно получали рисовую кашу, а также лекарства в Махавихаре. Когда царь услышал об этом, он был очень недоволен. Он подарил мелким вихарам богатую деревню Кантханиттхи, [деревню] Ябалагаму, деревню Телагаму и прекрасный канал и отдал приказ, чтобы бхиккху получали рисовую кашу в своих [собственных] вихарах. С тех пор все они получали кашу в своих вихарах» (138).

————————————————————————————————————————-

(136) «Если [преступники] не задержаны, обитатели дасагама должны найти их и наказать в течение 45 дней. Если же они их не найдут, то весь дасагам должен уплатить штраф государству в размере 125 каланд золотом» (EZ, I, № 21).

(137) «Для того чтобы компенсировать то, чему может быть нанесен ущерб со стороны тех, кто нанят на работу, связанную с доходами и расходами, как внутри, так и за пределами [вихары], с соответствующих домохозяев должны быть взяты компенсационные суммы, которые следует поместить в тех местах, [где работают нанятые лица]» (EZ, I, № 7А).

(138) Civ., XLIX.88-90. В современном Цейлоне только немногочисленные сохранившиеся с древнейших времен раджавихары владеют крупной собственностью, доставшейся им от сингальских царей прошлого. Они располагают земельными угодьями в сотни гектаров, плантациями риса и кокосовых пальм, а также являются держателями банковских бумаг и акций.

Большинство же современных буддийских монастырей существует исключительно за счет доброхотных пожалований мирян-буддистов. В их распоряжении, как правило, находится лишь небольшое (2-3 га) угодье под рисом или кокосовыми пальмами, которое не может прокормить обитающих в этих монастырях монахов.

Миряне объединены в территориальные приходы и представляют собой некие сообщества дарителей (dayaka-satbha). Они избирают комитет управления из 5-15 человек, который занимается установкой очереди пожертвований среди семей мирян-буддистов. Каждая семья по очереди должна в течение определенного времени содержать обитателей своего монастыря. При этом учитывается степень состоятельности семьи: бедная семья может ограничиться организацией завтрака для монахов, богатая же иногда кормит их два-три дня.

Кроме того, миряне жертвуют монастырям различные предметы обихода, одежду, мебель, а также участвуют в ремонтных и строительных работах.

Они могут приносить пожертвования личным трудом. Обычная форма такого труда – услужение в монастыре в качестве прислуги. Функции прислуги выполняют старики без профессии и без семьи, которые, живя и работая в монастыре, заканчивают здесь свою жизнь. Они называются «упасака». В больших богатых монастырях городов домашнюю работу в основном выполняют слуги, нанятые и получающие плату за свою работу. Их выделяют и направляют в монастыри комитеты монастырского управления (А. Ваrеau, La vie et l’organisation…, стр. 73-75).

————————————————————————————————————————-

Описанная выше система явилась наследием структуры, характерной для более ранних этапов развития общества, экономические отношения которых строились на принципах взаимных дарений (139).

В этой системе дарителями выступали царь, часто царица, члены царской семьи, главные сановники, светские землевладельцы. Получателями дарений могли быть светские землевладельцы, буддийские тхеры, брахманы, которые в свою очередь могли быть дарителями, и сангха (получавшая дарения и от тхер).

Сангха могла распределять (в качестве компенсации за труд) полученные ею имущественные и другие дары (дары сангхи включали и так называемые духовные дары – дхаммадана, противопоставляемые материальным – амисадана).

Роль царей и других дарителеи, распределявших посредством дарений, платы за строительство и т. п. часть присваиваемой ими доли общественного имущества, может найти параллели в обществах, основанных на системе дарений, в частности полинезийских.

————————————————————————————————————————-

(139) См. С. Levi-Strauss, Introduction a l’oeuvre de Marcel Mauss.

————————————————————————————————————————-

 

<<К оглавлению Семека Е.С. «История буддизма на Цейлоне» Следующий раздел>>
script type="text/javascript"> var gaJsHost = (("https:" == document.location.protocol) ? "https://ssl." : "http://www."); document.write(unescape("%3Cscript src='" + gaJsHost + "google-analytics.com/ga.js' type='text/javascript'%3E%3C/script%3E"));