♦ Пещерные и скальные храмы и монастыри

2.1.4 Пантеон божеств

<< К оглавлению: «Народные верования населения Индокитая»
Следующая глава>>

Пестр и порой поистине неисчерпаем пантеон божеств народов Юго-Восточной Азии. Вместе с тем мне представляется возможным и полезным показать не только сравнительную однотипность структуры пантеона божеств у народов Юго-Восточной Азии, стоящих на близких ступенях общественного развития (учитывая при этом сходство или даже тождество пантеона божеств генетически родственных или близких народов), но и сходство пантеона божеств народов, живущих в близком соседстве. По характеру систематизированности пантеона и соотношению в нем рангов божеств и прочих фигур можно в какой-то мере увидеть и этапы формирования данного конкретного пантеона.

Следует напомнить, что буквальное значение термина «пантеон» – свод всех божеств (или собрание, вместилище всех божеств) точно отражает характер самого явления. В самом деле, если говорить о всех религиях мира, то без особых сомнений можно ответить отрицательно на вопрос: есть ли религии монотеистические?

И. А. Крывелев, любезно предоставивший мне возможность ознакомиться с рукописью своей работы, формулирует свое отношение к вопросу о наличии монотеизма так: «Различие политеизма и монотеизма условно, искусственно. Нет религий монотеистических. Есть «супремонотеизм», т. е. признание одного божества верховным, главным. В религиеведческой литературе имеется термин «энотеизм», или «генотеизм», от слова «эно»- главный. Но смысл этого термина иной. Он отражает признание главным «одного своего» бога. И непризнание значения множества «чужих» богов». В целом же все религии имеют обширный пантеон,-в котором выделяются «дэи майорес» – старшие, или главные боги и «дэи минорес» – боги второго сорта, младшие боги. А кроме того, имеется представление о сонме духов, ангелов, демонов и т. п.».

И. А. Крывелев справедливо отмечает, что выделение такой группы, как демоны, очень условно. Он пишет: «Демон лишь в христианстве бес, черт, злой дух. А по сути это греческое слово имеет смысл дух, божество, просто сверхъестественное существо… Различие между демоном и богом условно (в степени «святости», могущества). Примечателен в этом смысле синоним – заменитель слова «черт» у верующих православных: «антихрист», т. е. своеобразный негатив Христа (анти-Христос). Хотя этот заменитель заимствован из арсенала богословских диспутов иного порядка, само широкое народное использование его говорит за себя. Оно отражает присущее народным представлениям бытование одновременно позитивного и негативного образа, но в их единстве, взаимосвязи, дуалистичности».

Иерархия божеств и духов и в еще большей степени различие «добрых» и «злых» духов сами по себе свидетельствуют о развитости идеологии исследуемого общества, о наличии в нем развитой формы неравенства (классового, сословного и т. п.). Напротив, представление о нерасчлененности функций духов и божеств, уверенность в том, что божество и доброе и злое одновременно (и никогда не знаешь, чего от него ждать!), показывает, что социально-классовая дифференциация еще не слишком заметна.

Верования народов Юго-Восточной Азии характеризуются многими переходными чертами. Религия консервативна сама по себе, и сохранение в верованиях представлений далекого прошлого не вызывает удивления. Тем больший интерес вызывает исследование степени живучести этих представлений.

Все религии народов этой большой историко-этнографической области политеистичны, а многие из них сюпремотеистичны. Так, верховное божество религии Китая (его ханьского населения) так и именовалась Шанди (верховный владыка). Кажущаяся монотеистичность ислама оборачивается политеизмом, если учесть веру в божественность 72 пророков, веру в множество подсобных сверхъестественных сил, веру в святых (особенно у шиитов и исмаилитов) и т. п., а равно и проследить историю «слияния воедино» 62 имен Аллаха.

Большой историко-религиеведческий интерес представляет выяснение характера «триады»: троицы в христианстве и триады в буддизме (9), которая выявилась хронологически немного позднее «третьей триады» божеств индуизма (Брахма – Вишну- Шива).

——————————————————————————————————————

(9) В этом смысле весьма заманчиво было бы заменить не отражающий сущности явления термин «ипостась» («бог един в трех его ипостасях», т. е. проявлениях одной из сторон его единой сущности) термином «аватара» (т. е. форма, воплощение) и прочесть формулу более точно: «Троица есть единство трех основных форм (аватар) явления бога людям, человеку». А равно и представить это единство тремя этапами развития идеи божества: а) бога-святого духа – в виде зооморфного божества или как некий пережиток тотемистических верований, б) бога-отца, как выражение культа предков и в) бота-сына, как выражение суммы идей, связанных с кругом представлений о боге-человеке: «умирающем за человечество и возрождающемся», «очищающем и очищающемся в страданиях», «священной и неприкосновенной» личности. Триада буддизма – смена временных богов: Будда прошлого – Будда настоящего – Будда будущего.

——————————————————————————————————————

Но даже сменно-временные элементы буддизма, приводящие к мессианству (со всей сложностью мессианства в Юго-Восточной Азии), не мешают постепенному формированию столь же сложного буддийского пантеона, как в религиях, ассимилированных буддизмом или впитавших его в себя, инкорпорировавших идейную пестроту всех его ветвей. Представление об арханах и рае в буддизме Махаяны и даже сонма божеств – защитников веры у ламаистов, жестокая практика которых грубо противоречит этике ортодоксального буддизма, а равно и появление учения о 72 аватарах Бодисатвы Гуаньинь, показывают нам многоликий пантеон буддизма.

Сложность пантеона определяется, как упомянуто выше, сложностью комплекса верований. Вьетнамский ученый Нгуен Ту Чи, автор работы о мыонгах, пишет о верованиях изучаемого народа: «Вот каковы основные (формы}, перечисленные без [особого] отбора: 1) культ предков; 2) оккультная практика, по характеру более или менее шаманская, связанная с целью как-то «канализировать» [т. е. придать некую направленность] влияние души умершего [члена общины]; 3) оккультная практика, либо связанная с шаманством, либо не связанная, имеющая дело с душой живого человека или с ее отношениями с [другими] духами (включая практику колдунов-лекарей); 4) аграрные культы; 5) культ буа (короля), одна из форм культа духов, и поныне не слишком известного; 6) культ Тхиен-вана (Тхань-хоана у вьетов), духа-защитника поселка циенг, в большинстве случаев это предок, правящий ланг поснлка 7) культ Бут, ущербный (очень рудиментарный) буддизм противоречиво наслоившийся на древний культ лингама; 8) многочисленные повседневные табу и суеверия» [169а, 126-127]/

В этом не строго систематизированном перечне мы видим и синкретизм буддизма, и наличие многообразных духов, и олицетворение форм и явлений природы с персональным ликом божества и обрядностью персональной и групповой. Оценивая конкретный пантеон по его распространенности и жизненности его культов и значимости божеств, можно говорить о такой последовательности:

1. Духи личностные и коллективные, духи и божества культа предков, прародительницы, преподательницы и преподателя производственных и социальных устоев.

2. Духи местности, духи – хозяева животных и прочих живых существ (не включая человеческие коллективы), тотемные предки и животные-помощники, персонифицированные элементы и силы природы.

3. Верховные духи и божества, космологические представления и персонифицированные властительницы и властители миров.

4. Божества пантеонов «чужих», т. е. привнесенных, религиозных систем.

<< К оглавлению: «Народные верования населения Индокитая»
Следующая глава>>
script type="text/javascript"> var gaJsHost = (("https:" == document.location.protocol) ? "https://ssl." : "http://www."); document.write(unescape("%3Cscript src='" + gaJsHost + "google-analytics.com/ga.js' type='text/javascript'%3E%3C/script%3E"));