♦ Пещерные и скальные храмы и монастыри

1.1 Установление колониального господства португальцев на Цейлоне в XVI в.

<< К оглавлению книги «Очерки экономической истории Шри Ланки»
Следующий раздел>>

Великие географические открытия, сделанные на рубеже XV-XVI вв., а также значительные успехи, достигнутые к этому времени в Европе в кораблестроении, металлургии и военном деле, явились основными предпосылками колониальных захватов со стороны европейских стран. К их числу относилась и Португалия, в которой консолидация политической власти и становление абсолютизма произошли значительно раньше, чем в других странах Пиренейского полуострова.

Как известно, Португалия была чрезвычайно выгодно расположена географически, и португальские мореплаватели, имея значительный опыт, свободно достигали берегов западного и северного побережий Африки. Несмотря на то что производство в самой стране, по словам Ф. Энгельса, «оставалось скованным формами чисто цехового ремесла, следовательно, само сохраняло еще феодальный характер» [5, с. 407], Португалия в XIII-XIV вв. развивалась быстрее других пиренейских государств и уже к XV в. превратилась в торговую страну с большим морским флотом.

Португальские купцы привозили из заморских путешествий роскошные ткани, драгоценности, и в первую очередь жемчуг, изделия из слоновой кости и, наконец, «восточные специи», ценившиеся в Европе очень дорого [подробнее об этом см. 108а, с. 25-29]. Все это разжигало аппетиты обедневших фидальго и толкало правителей Португалии на поиски новых источников обогащения.

Вскоре после открытия в 1498 г. Васко да Гамой морского пути в Индию Португалия снарядила туда еще несколько торгово-военных экспедиций. В Гоа и некоторых других местах на территории (Индии португальцам удалось основать свои первые торговые фактории, послужившие в дальнейшем базами для захвата новых территорий. Одна из таких экспедиций была

направлена в 1505 г. из Гоа к Мальдивским островам. Но добраться туда португальцам не удалось, в открытом океане их настиг шторм, и спаслось лишь несколько кораблей [206, с, 5; 208, с. 12]. С трудом пришвартовавшись к незнакомому берегу, мореплаватели узнали, что находятся на о-ве Цейлон. Об их прибытии вскоре стало известно королю государства Котте – Вире Паракрамабаху VIII, и португальцы были тепло приняты.

Прибытие на остров чужестранцев, по-видимому, было настолько необычным явлением, что зафиксировалось средневековой цейлонской хроникой («Раджавалией»: «В наш порт Коломбо прибыли люди, кожа у них светлая, однако они миловидные и носят железные жакеты (латы. – Л. И.) и шлемы; на одном месте не стоят, все время бегают то туда, то сюда. Они едят куски из камня (хлеб. – Л. И.) и пьют кровь (красное вино. – Л. И.). За одну рыбину или лимон они дают две или три золотые или серебряные монеты; звук от выстрела их пушки сильнее грома» [13, с. 63].

Первые португальцы недолго оставались на острове и, как только отремонтировали свои корабли, отправились обратно. Об огромных богатствах острова, и прежде всего о коричных лесах, которые здесь впервые увидели португальцы, стало известно в Лиссабоне. В письме одного крупного португальского чиновника в Гоа прямо говорилось, что «Цейлон богат не только корицей, здесь есть много драгоценных камней, кокосового масла и железной руды, которые могут быть полезны для нашей армады» [цит. по: 29, с. 240]. Узнав об этом, король Португалии направил вице-королю португальской колонии в Гоа срочную депешу. «Мы считали бы, – говорилось в ней, – что Вам следует подойти к вышеназванному Цейлону, попытаться создать там крепость и оставить там некоторое количество людей и судов, которые обеспечили бы ее большую безопасность; и нам кажется, что Вы должны приложить к этому все уси-.лия, имея в виду те преимущества, которыми располагает этот остров, имеющий ароматную корицу, и всевозможные драгоценные камни, и всяких индийских слонов, и многие другие товары и предметы высокой ценности и прибыльности…» [цит. по: 264, с. 22-23].

В соответствии с этим указанием в 1518 г. португальские власти в Гоа снарядили на Цейлон свою первую экспедицию. Возглавил ее Лопиш Суариш де Альбергария. Перед этой экспедицией была поставлена задача установить торговые отношения и добиться от правителя королевства Котте разрешения на строительство торговой фактории. Узнав о прибытии португальских кораблей, тогдашний король Котте – Дхарма Паракрамабаху пригласил чужеземцев в свою резиденцию в г. Котте. Согласно «Раджавалии», «король тепло принял португальцев, преподнес им подарки и, в свою очередь, получил от них диковинные вещицы» [13, с. 63]. Король разрешил португальцам построить близ своей столицы торговую факторию (базу), а за обещанную ему военную помощь предполагал поставлять ежегодно 300 бахар (1) корицы [112, с. 9-10].

———————————————————————–

(1) Бахар – мера веса в эпоху средневековья в ряде стран Востока, равная приблизительно 400 англ. фунтам.

———————————————————————–

Ко времени прибытия португальцев на острове шла ожесточенная междоусобная борьба правителей феодальных государств за право господствовать на всей территории Цейлона. В этой вооруженной борьбе, судя по хронике «Раджавалия», «нередко участвовали многотысячные армии» [13, с. 74, 87]. Численность же португальских солдат на Цейлоне в то время была незначительной. Поэтому на первом этапе колониальной экспансии на Цейлон, вплоть до конца XVI в., португальские колонизаторы, по существу, еще не выступали в качестве самостоятельной силы, а только оказывали военную помощь то одному, то другому правителю феодальных государств. При этом они привлекали местных правителей на свою сторону и добивались разрешения на строительство новых торговых факторий, которые одновременно становились и опорными пунктами для дальнейшей военной экспансии.

В 1521 г. король Виджаябаху был убит своими сыновьями, и королевство Котте было разделено между братьями на три самостоятельных государства (Котте, Ситавака и Кандийское). Наиболее богатая в природном отношении территория досталась старшему брату – Бхуванаикабаху, который стал правителем королевства Котте.

Значительная часть территории этого государства была покрыта коричными лесами. Именно поэтому португальцы, заинтересованные в вывозе корицы, сделали свою основную ставку на Бхуванаикабаху и стали оказывать ему военную помощь. Для усиления своего влияния они попытались обратить его в христианскую веру, но этого им добиться не удалось. Бхуванаикабаху отказался принять новую веру. Более успешными оказались действия католических миссионеров, занимавшихся воспитанием его сына -принца Дхармапалы. Принявшего христианство Дхармапалу пригласили в Лиссабон, и там португальские власти заверили его, что со временем они сделают его королем Котте. Позднее, когда Дхармапала действительно был провозглашен королем, влияние португальцев в королевстве Котте значительно окрепло [208, с. 68]”

Португальцы предприняли экспедицию против правителя тамильского королевства Джафна, расположенного на севере острова. В итоге правитель признал себя вассалом Португалии и стал выплачивать португальским властям установленную ими дань [208, с. 54-56]. Вслед за португальской армией в королевство прибыли католические миссионеры, и многие тамилы под влиянием проповедей приняли христианство. Однако вскоре после ухода основных португальских сил в королевстве поднялось восстание, освободившее его от колониального ига. В 1560 г. португальцы, стремясь вернуть под свою власть мя тежное королевство, организовали новую экспедицию и овладели несколькими фортами, однако не смогли удержать их. Вскоре вспыхнуло новое антиколониальное восстание, и королевство Джафна вновь стало независимым.

В середине XVI в. на Цейлоне продолжалась междоусобная война между Бхуванаикабаху, правителем королевства Котте, и его братом Маядунне, правителем королевства Ситавака. В течение длительного времени верх одерживал Бхуванаикабаху, которого поддерживали португальцы. Но после того, как у власти оказался Дхармапала, успех в сражениях все чаще стал сопутствовать Маядунне, заключившему союз с одним из правителей южноиндийского государства и получившему от него военную помощь. В 1562 г. ему удалось одержать крупную победу в битве при Муллерияве, в которой было уничтожено значительное число не только местных, но и португальских солдат [208, с. 36-37],

После этой победы территория королевства Котте стала быстро уменьшаться. По мнению известного цейлонского ученого Т. Абеясингхе, специально изучавшего португальский период истории Цейлона, в 80-х годах XVI в. «власть правителя государства Котте – Дхармапалы и его союзников – португальцев уже редко простиралась за пределы укрепленных стен Коломбо» [112, с. 12]. Форт Коломбо неоднократно осаждался войсками Маядунне. Нередко осада продолжалась несколько месяцев, но взять форт Маядунне все же не сумел, так как у него не было флота и португальцы имели возможность получать продовольствие и подкрепления из Гоа или других фортов, построенных ими на п-ове Джафна.

Преемнику Маядунне, принявшему королевский титул и имя Раджасингха, удалось не только удержать власть над всей территорией, захваченной его предшественником, но и подчинить себе Кандийское государство [подробно см. 88а, с. 74-84; 89, с. 65-109], правитель которого покинул страну и нашел убежище у португальцев [208, с. 50-53, 62].

Воодушевленный победой над кандийским правителем, Раджасингха решил начать наступление на форт Коломбо. Его армии в 1587 г. удалось организовать самую длительную осаду этого форта, длившуюся почти два года. Стремясь удержать свои позиции, португальские власти разработали план военной операции, рассчитанный на отвлечение основных сил армии Раджасингхи. Для этого в крепости Манар ими был сформирован экспедиционный корпус. Выбрав момент, когда Раджасингха был готов начать решительный штурм форта Коломбо, португальский экспедиционный корпус выступил для захвата столицы Кандийского государства – г. Канди [112, с. 12-13].

Узнав о захвате португальскими войсками г. Канди, Раджасингха снял осаду Коломбо и пошел к столице. Но его войскам не удалось добраться до Канди: в битве при Ганетеннс армия Раджасингхи была разбита [208, с. 63], а трон захватил некто Конаппу Бандара, командующий войсками, который, назвавшись Вимала Дхарма Сурьей I, провозгласил себя королем независимого Кандийского государства и таким образом стал родоначальником новой королевской династии.

Не сумев укрепиться в Кандийском государстве португальцы, однако, расширили свою территорию в юго-западной части острова. В 1591 г. они организовали военную экспедицию для захвата королевства Джафна, разбили войско местного правителя и в том же году подписали конвенцию, согласно которой новый правитель, ставленник победителей, официально признавал себя вассалом португальского короля и разрешал католическим священникам свободно проповедовать на территории королевства [112, с. 14; 141, с. 105-106; 208, с. 56-57]. Таким образом, к концу XVI в. в руках португальских колонизаторов кроме небольшой территории в юго-западной части острова оказался еще и район на севере.

В 1593 г., после смерти Раджасингхи, его королевство стало распадаться на мелкие княжества. Среди наследников престола вновь усилилась междоусобная борьба. Воспользовавшись этим, португальцы за один год сумели захватить всю обширную территорию королевства Котте в тех его границах, которые оно имело до раздела 1521 г. [112, с. 13].

Номинальным правителем королевства Котте был провозглашен Дхармапала, но фактически оно целиком находилось в подчинении португальских властей. Главным и единственным противником португальцев на Цейлоне теперь оставался правитель Кандийского государства – Вимала Дхарма Сурья I.

В мае 1594 г. португальские власти в Гоа прислали на Цейлон нового главнокомандующего – Перу Лопиша де Соуза, поставив перед ним задачу аннексировать Кандийское государство и превратить весь остров в португальскую колонию. Через несколько месяцев, проведя необходимую подготовку, со свежими силами, привезенными из Гоа [208, с. 64], Соуза повел свою армию на столицу и без малейшего сопротивления овладел ею. Здесь в 1594 г. победителями была посажена на трон прямая наследница кандийского престола – Кусумасанадеви, известная под именем Доны Катерины [112, с. 14; 233, с. 298]. Однако кандийская знать не поддержала Дону Катерину, и она оказалась в изоляции.

После предания полевому суду весьма популярного среди местных солдат военачальника Джаявиры по подозрению в подготовке заговора против португальцев несколько пошатнулись позиции португальцев и в колониальной армии. Среди местных солдат, находившихся на службе у португальцев, началось массовое дезертирство. Большие трудности командование португальской армии стало испытывать и в обеспечении солдат провиантом. В этих условиях Перу Лопиш де Соуза принял решение об отводе своих войск из Канди. Но далеко уйти он не сумел. В октябре 1594 г. его армия была настигнута кандийцами и в битве при Ганноруве почти полностью уничтожена [208, с. 64]. Это поражение в значительной степени ослабило позиции португальских колонизаторов.

Воспользовавшись этим, цейлонские феодалы, занимавшие высокие должности в армии или в системе колониальной администрации, почти одновременно в разных районах захваченной португальцами территории подняли антиколониальные восстания.

Наиболее крупное восстание, поддержанное феодалами других провинций, началось в ноябре 1595 г. в провинции Семь Коралов. Оно оказалось настолько успешным, что, по словам португальского историка, «у португальцев вскоре ничего не осталось на Цейлоне, кроме городов-крепостей Коломбо и Галле» [цит. по: 112, с. 21].

Восставшим (войско которых насчитывало уже 12-15 тыс.) удалось, застав врасплох, разбить значительные силы португальцев, возглавляемые новым главнокомандующим португальской армии – Ж. де Азеведу. Битва при Галагедаре, близ Падукки [112, с. 21-22], вошла в историю борьбы Цейлона за независимость. Ход военных действий изменился только после того, как португальцы получили свежие подкрепления и разбили основные силы восставших. Постепенно колонизаторы подавили и последние очаги восстания, казнив его руководителей [112, с. 71].

В конце XVI в. захваченная португальцами территория была превращена в одну из составных частей португальской колониальной империи. Воспользовавшись смертью своего ставленника, номинального правителя королевства Котте – Дхармапалы, еще при жизни завещавшего трон португальскому королю, колониальные власти собрали в столице своих владений на Цейлоне г. Малване наместников всех провинций. Здесь они устроили пышную церемонию подписания конвенции между наместниками и колониальными властями. Согласно этой конвенции король Португалии Филипп I был официально провозглашен королем португальских владений на Цейлоне, а за местными феодалами сохранялись все существовавшие до этого права и привилегии [208, с. 66-67].

Таким образом, к концу XVI в. вся юго-западная часть Цейлона (почти вся территория бывших королевств Котте и Ситавака), а также северная часть, находившаяся ранее под властью короля Джафны, вновь оказались в руках португальских колонизаторов. На этом, по существу, закончился первый этап колониальной экспансии португальцев на Цейлоне.

<< К оглавлению книги «Очерки экономической истории Шри Ланки»
Следующий раздел>>
script type="text/javascript"> var gaJsHost = (("https:" == document.location.protocol) ? "https://ssl." : "http://www."); document.write(unescape("%3Cscript src='" + gaJsHost + "google-analytics.com/ga.js' type='text/javascript'%3E%3C/script%3E"));