♦ Пещерные и скальные храмы и монастыри

3. Культ богов-покровителей

<< К оглавлению Н. Г. Краснодембская

«Традиционное мировоззрение сингалов»

 Желаемые блага вам дадут эти боги, ублаженные жертвой.

Бхагавадгита, гл. III, ст. 12 (72) 

Поклонение богам-покровителям у сингалов Шри Ланки связано как с влиянием индуизма (разных стадий) и буддийских махаянских сект с их многобожием, так и с какими-то более древними культами, в частности с верованиями коренных жителей Шри Ланки в еще добуддийские времена.

Храмом этого культа является девал, или девалая, также девагарая (все слова индийского происхождения с одним и тем же значением).

Употребляется и термин «ковил», хотя он чаще применяется к тамильским индуистским храмам. Служителем культа является капуа (капува) (73), или капурала. Капурала принадлежит обычно к касте земледельцев («гоиванса»), высшей среди сингалов. Он, как правило, сам буддист и ведет обычную жизнь мирянина. Он часто совмещает занятие земледелием или другим видом хозяйственной деятельности со своими жреческими обязанностями. Капуралы девалов, существующих при буддийских храмах, обычно подчинены буддийскому «начальству». Большие храмы, владеющие значительными земельными угодьями, управляются особыми светскими должностными лицами, титул которых – «Баснаяке Ниламе».

————————————————————————————————————————————————————

(72) См. [7, с. 174].

(73) Это же слово имеет в сингальском языке значение «цирюльник» и «сват» («сватающий»); ср. индийскую параллель: там цирюльник также выступает в роли свата, но жреческих функций обычно не исполняет.

————————————————————————————————————————————————————

Девалы, посвященные различным богам, в великом множестве разбросаны по всему острову Ланка. Самые крупные и известные находятся в Катарагаме, Дондре, Бадулле й Канди.

В Канди возле знаменитого буддийского храма зуба Будды (Далада-малигава) находятся четыре отдельных храма, каждый из которых посвящен одному конкретному богу: Натхе, Вишну, Катарагаме и богине Паттини.

Особый придел или специальный храмик, посвященный богам-покровителям, находится почти при каждом буддийском монастыре. Храмы бывают открыты для посетителей не постоянно, но в определенные дни: [306, с. 161], обычно в среду и субботу.

О вере сингалов в богов-покровителей многие исследователи замечают, что, несмотря на ее явную чуждость буддизму, она имеет очевидную и прочную жизненность и крепка не менее, чем даже некоторые другие, более буддийские по сущности формы религиозной практики.

В конце прошлого столетия; И. П. Минаев писал о ситуации, которую он наблюдал: «Доказать, что служение богам противно буддизму, нет возможности: боги рисуются и иначе изображаются во всех буддийских храмах. Редкий буддист не молится богам, правда, иной говорит: «Я не богу молюсь, а прошу о его заступничестве перед Буддой» [63, с. 61]. Положение вещей мало изменилось и теперь.

Обычно называют пять «главных» богов-покровителей сингалов: Вишну, Катарагама, Саман, Натха (или Ната) и Паттини, а иногда четырех, опуская Самана. Но понятие главных и неглавных в некотором роде условное, так как в различных местностях Ланки отдается предпочтение разным божествам, в том числе и многим другим кроме перечисленных.

Другие популярные боги – Девол (или Девол-девийо, а также и Девол-яка), Вибхишана, Бахала, Сканда, Упулван и др.

Царь богов Сакра (он же Сакка в палийском варианте, что происходит от санскр. Шакра – одного из имен бога Индры) и Брахма не играют значительной роли в ритуалах, и им не посвящаются отдельные храмы, иконографические изображения их редки, на в различных инкантациях, в заклинательных формулах их имена вспоминаются нередко, они выступают также как активные действующие лица в различных легендах.

Влияние главных богов-покровителей также распределяется по разным районам острова: Паттини «царствует» в Курунегале и ее окрестностях, Катарагама – в пробинции Ува, Вишну – на юго-западном побережье, Саман – в области вокруг священной горы Шри Пада (Адамов пик) [306, с. 155].

В деревнях, почти в каждой, имеются еще другие разнообразные божества-покровители данной местности и деревни.

Есть прославленные храмы, божества которых почитаются как особенно могущественные; таким является храм Катарагамы, куда стекается множество паломников, привлекаемых, в частности, зрелищем местного чуда или чудесного спектакля – хождения по раскаленным углям, которое без вреда для себя совершают преданнейшие адепты божества.

Важная роль четырём соответствующим богам, имеющим свои девалы при храме Зуба Будды в Канди, отводится в празднике храма – знаменитой кандийской перахяре (74).

————————————————————————————————————————————————————

(74) Подробнее см. далее, в главе «Праздничная обрядовая практика».

————————————————————————————————————————————————————

В целом же культы богов-покровителей уходят корнями в глубокую древность.

Распространена традиция отождествлять различные местные божества, имеющие разные имена, с каким-нибудь более известным и распространенным персонажем, чаще всего божеством индуизма, хотя далеко не всегда известно, каково истинное происхождение и значение местного божества.

Во многих случаях для прояснения истины нужны, по-видимому, особые исследования и тщательное изучение мифологии и ритуала, относящихся к каждому местному объекту культа богов-покровителей. Задача эта очень сложна, так как каждый персонаж пантеона исторически имеет, как правило, гетерогенную природу. К тому же и в современности происходят взаимное влияние, значительная универсализация многих элементов обрядовой практики и религиозных воззрений, встречаются явления контаминации. Одним из вытекающих из этого положения последствий является стремление у верующих и жрецов к уподоблению одних персонажей другим, менее известных и частных общеизвестным.

 

Сингальский верующий, например, обычно отвлечен от важной идеи вишнуитского культа – аватар Вишну – и почитает его в одном и том же определенном облике. Из эпитетов Вишну наиболее употребителен «Нараяна». Изображается он синего цвета, в синих же одеждах, с луком и стрелой в правой руке, с цветочной гирляндой на шее [247, с. 63]. Представление об этом боге, как правило, не связывается с индуистской триадой Брахма + Шива + Вишну (которые являются соответственно творцом, разрушителем и хранителем мира). Верующий обычно воспринимает Вишну вне зависимости от двух других богов.

Однако функция «хранителя» действительно закреплена в этом персонаже сингальского божественного пантеона: Вишну, как правило, отождествляется с богом Упулваном – покровителем о-ва Ланка, каковую функцию, как считают верующие, он получил от верховного бога Сакры.

Легенда на этот счет, содержащаяся в «Махавансе», гласит, что, когда Будда возлежал на ложе в момент приближения его паринирваны, его окружали боги во главе с Сакрой. И Будда сказал Сакре, что в настоящий момент Виджайя, сын царя Синхабаху из страны Лала, прибыл на Ланку в сопровождении семисот спутников. «На Ланке, – сказал просветленный, – утвердится моя религия (вера), потому храни, о владыка богов, и его – Виджайю с его спутниками, и остров Ланка».

Тогда, как гласит легенда, в знак уважения к Татхагате (75) царь богов повелел охранять Ланку тому из богов, кто был цветом подобен лотосу [21, VII, стк. 3-5]. Полагают, что этим богом был именно Вишну, которого изображают синим, как цветок голубого лотоса.

————————————————————————————————————————————————————

(75) Татхагата – эпитет Будды: «Идущий верным путем».

————————————————————————————————————————————————————

Имя Упулван этимологически расшифровывается как «обладающий цветом синего лотоса» (от «упул» – «синий лотос» и «ван» – суффикс обладания). Отсюда – возникновение аналогии. Однако вернее думать, что в этом случае имеет место какая-то поздняя контаминация, а первоначально Упулван был каким-то сугубо местным божеством (по-видимому, и функция охранителя и протектора Ланки была его исконной функцией), лишь в дальнейшем уподобленным столь крупному и могущественному божеству индуизма (при этом уподоблении к Вишну перешла и частная функция покровительства острову, которая не противоречит его основной – хранителя мира).

Некоторые из верующих отрицают тождество Упулвана и Вишну. Тем не менее Вишну посвящены многие храмы, он занимает почетное место в многочисленных буддийских храмах (в Келании, Дондре, Дамбулле, Анурадхапуре и Канди), где ему поклоняются прежде всего как «покровителю Ланки». К Вишну обращаются в свадебном сингальском обряде, прося о божественном благословении новобрачных [247, с. 63].

Легенды об Упулване легко переносятся и на Вишну. Тем не менее характер Упулвана можно назвать несколько более буддийским, так как об Упулване нередко говорят как о бодисаттве. О нем повествуется, в частности, и такая история: когда Будда, сидя под древом Бо, находился на пороге просветления и его одолевал Мара со своим бесчисленным войском, то все боги (даже они) в страхе бежали подальше от этого места и только Упулван остался бесстрашен и неподвижен. Так или иначе, и как бодисаттва и как божество, Упулван занимает очень важное место в религиозной жизни современного сингальского буддиста.

Существует любопытная легенда о происхождении изображения Упулвана, каким оно бытует у сингалов. В ней рассказывается, что, когда у этого бога появилось желание прибыть на Ланку, он для этого принял вид ствола кедра и в этом виде пересек морские просторы от юга Индии до южного берега острова.

Желая пристать к берегу в месте под названием Гирихела, он передал это. свое желание одному местному капурале, когда тот спал. Капурала собрал множество людей, все пришли на берег, выловили из воды приплывшее дерево и в торжественной процессии отнесли его в свое селение по указанию капуралы.

Вслед за этим капурала задумал вырезать из этого ствола изображение бога, однако не мог сразу найти подходящего мастера. Но однажды появился старик, который объявил, что берется за выполнение этой тонкой и священной работы. Предложение его было встречено с радостью, ему тут же огородили удобное место для работы. На утро следующего дня, к удивлению всех любопытствующих, пришедших посмотреть, как идет работа, обнаружилось, что старик исчез и при этом не видно никаких следов работы: ни стружек, ни обрубков дерева.

Но каково же было изумление недоумевающей публики, когда все увидели завершенное изображение бога – прекрасного и будто живого, так великолепно было оно вырезано из дерева. И тогда все решили, что приходивший накануне старик был небесный мастер Вишвакарма, который и создал это изображение своей волшебной силой [120, с. 130]. Предание утверждает, что именно это изображение хранится и ныне в кандийском храме Махавишну.

В честь Вишну-Упулвана на острове выстроено множество храмов, но особенно популярен и почитаем его храм в Дондре, куда ежегодные праздники собирают многочисленных почитателей этого бога.

В XIV в. Упулван, покровитель острова, был, по всей видимости, самым популярным божеством островитян. Об этом, в частности, можно судить по литературным произведениям этого времени в жанре «сандеш». Они, как правило, обращены к Упулвану, у которого просят защиты, помощи и покровительства.

Так, в «Послании лебедя» («Тисара-сандешая») бога просят защитить царя (76) и сделать его непобедимым для врагов, а также благословить его царицу-мать и проследить за его министрами.

————————————————————————————————————————————————————

(76) Имеется в виду Паракрамабаху V (1348-1360) из Дядигамы.

————————————————————————————————————————————————————

К Упулвану взывает и автор «Послания павлина», относящегося к периоду правления Бхуванекабаху V (1360-1391), и др. [149, с. 184-188]. К нему обращался и великий сингальский поэт XV в. Шри Рахула, который в поэме «Послание голубя» дал высокопоэтическое иконографическое описание этого божества. Однако тот же Шри Рахула в другом, самом знаменитом своем произведении избирает объектом молений иное божество – Вибхишану из храма в Келании («Послание майны») [111, с. СХСП-CXCIV]. А в «Послании попугая» анонимного автора, обращенном к самому Шри Рахуле, великого поэта просят о ходатайстве перед богом Натхой, с тем чтобы тот защитил остров от всех болезней, опасностей и порочных верований, а также охранял царя и буддийскую веру [111, с. 191 – 195].

 

Позднее славу и блеск других богов затмил другой бог-покровитель, имеющий три основных имени: Катарагама, Канда-кумара и Сканда.

Первое из имен связано с местом и храмом, где особенно чтится это божество. Третье – имя индуистского бога войны (77) (Сканда, он же Картикея), сына божественных родителей Шивы и Парвати, брата слоноголового бога Ганеши.

————————————————————————————————————————————————————

(77) Его обычно изображают с шестью головами и двенадцатью руками, в каждой из которых – различные виды оружия.

————————————————————————————————————————————————————

С ним соответственно связан круг легенд, относящихся к шиваитскому циклу.

В сингальской поэме «Канда-мала» («Гирлянда историй о Канде») рассказывается, в частности, как этот бог попал на Ланку. Бог Шива однажды призвал своих сыновей – Ганешу и Сканду – и пообещал, что подарит плод манго тому, кто быстрее объедет все три мира.

Сканда тут же воссел на своего золотого павлина и отправился в путешествие. Хитроумный же Ганеша решил задачу иначе: он сделал круг вокруг Шивы, льстиво заявив, что в нем самом (т. е. Шиве) и заключены все миры. Удовлетворенный и польщенный Шива тут же вручил награду – плод манго – победителю Ганеше.

Вернувшийся спустя некоторое время Сканда был так раздосадован неудачей и хитростью лукавого брата, что, не сдержав злости, влепил тому хорошую затрещину. Удар был так силен, что Ганеша опрокинулся и, неудачно упав, сломал один из своих бивней. Рассердившийся на дерзкого сына Шива отправил Сканду в мир смертных, поселив его в Катарагаме.

Легенда эта, хотя на первый взгляд носит чисто индуистский характер, имеет некоторые моменты, которые как-то по-особенному обрисовывают характер этого божества. Прежде всего это явное стремление «увязать» данный персонаж с индийским по происхождению богом, объяснить его «появление» на Ланке, «пристрастие» к этому острову. В этом стремлении проглядывает двойственная природа данного божества. Кроме того, интересно, что подчеркивается его особое качество – бога, постоянно обитающего в конкретной местности и даже в конкретном храме. Это также говорит о какой-то глубокой исконности Сканды-Катарагамы.

Момент некоторой индивидуальной исключительности этого персонажа проступает и в такой странной легенде: в ней говорится, что во время своих триумфальных походов на Восток Александр Македонский узнал, что в песках Аравийской пустыни существует источник с водой, глоток которой делает человека бессмертным.

Этот источник нашел один из военачальников Александра и, опередив императора, испил из него и приобрел бессмертие. Страшась гнева полководца, он бежал от него и в конце концов прибыл на Ланку. Везде, где он ступал своей ногой на южном берегу острова, были впоследствии построены девалы в честь бога Катарагамы, каковым сделался дерзкий военачальник Александра Македонского по обретении бессмертия [120, с. 131].

Второе имя Катарагамы – Канда или Канда-кумара («царевич Канда») – обычно понимается как фонетический вариант имени Сканда. Однако этот взгляд может быть подвергнут сомнению. Сканда и Канда уравниваются на том основании, что в тамильском языке имя бога Сканды произносится как Канда. Но есть, заметим, существенное различие в тамильском и сингальском написании этих имен. По-тамильски оно пишется с долгим гласным в корне (возмещение долготой гласного утраченного начального «с» в арийском слове Сканда), тогда как сингальское Канда (-кумара) пишется с кратким гласным в корне. По-видимому, это имя этимологически связано с сингальским «канда» – «гора» (мн. ч. «канду» – «горы»). Возможно, что в глубокой древности Канда-кумара выступал как местное божество гор. Связь персонажей шиваитского цикла с культом гор (Шива – обитатель горы Кайласы, его жена Парвати – «дочь гор») могла способствовать слиянию, этого местного божества с индуистским. Кстати, иногда женой бога Катарагамы называют Парвати.

Во всяком случае, то, что сингалы и сами иногда таким образом этимологизируют имя Канды-кумары, подтверждает следующая легенда о рождении Канды, записанная С. X. С. Сильвой.

Асура (демон) Басма хотел иметь двенадцать глаз и двенадцать рук. Чтобы бог (имеется в виду Шива, хотя он ни разу не называется по имени) исполнил его желание, Басма пошел к нему в рабство на двенадцать месяцев, а когда прошел положенный срок, явился требовать награды. Шива испугался(78) и стал спасаться бегством. Демон догонял его, и Шива стал взывать о помощи. Увидев его затруднительное положение, явился Вишну. Он принял образ прекрасной женщины и стал на пути демона. Демон сразу же был очарован ;и забыл, куда и зачем он бежал. Он предложил женщине стать его женой, и та дала согласие, но с условием, что он поклянется никогда ее не покидать. Демон поклялся, положив руки на голову (т. е. самой серьезной клятвой), и тут же был испепелен(79).

————————————————————————————————————————————————————

(78) По-видимому, он не желал награждать демона дополнительными руками и глазами, опасаясь ужасных последствий: ушестеренное могущество демона принесло бы только лишние бедствия.

(79) Вероятно, клятва была ложной – не в природе демонов держать слово и сохранять верность.

————————————————————————————————————————————————————

Шива испытал огромное облегчение и отправился в обратный путь. Но и он не мог миновать прекрасной женщины, которая теперь качалась на качелях. Очарованный, он также стал склонять ее к брачному ложу. Женщина выразила свое согласие, но с условием, что Шива испросит разрешение у своей жены. Бог отправился к Уме (80), и та дала разрешение.

————————————————————————————————————————————————————

(80) Ума – одно из имен жены Шивы; другие ее имена – Парвати, Дурга, Кали.

————————————————————————————————————————————————————

Обрадованный Шива вернулся к женщине, но она сказала, что есть еще особое обстоятельство – она беременна, поэтому пусть он снова пойдет к жене и узнает, дает ли она свое согласие и теперь. Шива сходил к жене и возвратился с положительным ответом. И это еще не все, заявила женщина. Мало того, что она беременна, у нее уже есть один ребенок. Как к этому отнесется его жена? Видимо, красота женщины была совершенно неотразимой, потому что Шива не поленился еще шесть раз сходить за разрешением жены, ибо оказалось, что у женщины было уже шесть детей. На шестой раз вместе с Шивой пришла и Ума – ей по ее женской природе было интересно взглянуть на детишек. Увидав шестерых (по-видимому, очень симпатичных) детей, она умилилась, воскликнула: «Какая гора детей!» -и обняла всех, захватив их разом в одно объятие. Шестеро слились в одно существо с двенадцатью руками и глазами. Так появился бог Канда, и отсюда пошло его имя [328, с. 23-24].

Полный текст легенды на сингальском языке в транслитерации см. Приложение № 4.

Выражение «гора детей» передается по-сингальски сложным словом «кумараканда» – таким образом, мы видим, что народная легенда обыгрывает имя Канды прямым сопоставлением со словом «гора».

Приведенная легенда вообще интересна очень многими деталями и заслуживает особого рассмотрения (в частности, и для сопоставления с фольклором Юго-Восточной Азии), но мы подчеркнем здесь еще одно примечательное обстоятельство: из содержания этой легенды выходит, что Канда-кумара не является сыном Шивы и Парвати, как это считается в индуистской традиции (81).

————————————————————————————————————————————————————

(81) Впрочем, и в индуистской традиции легенды о рождении Сканды многообразны и разноречивы: он считается сыном Свахи от Агни, или сыном отца своего Агни, рожденным без матери от семени отца, упавшего в воды Гаити; приемным сыном Плеяд [ср. 286, с. 26-27].

————————————————————————————————————————————————————

Вряд ли можно сделать заключение, что он сын Вишну, хотя и его порождение (сомнительно, чтобы такая идея продумывалась верующими); во всяком случае, важно то, что подчеркнута чужеродность Канды в отношении к Шиве.

В другой сингальской легенде, которая приведена М. Д. Рагхаваном, рассказывается, что сама богиня Парвати однажды родила разом семерых сыновей. Шива обнял их всех одним объятием, однако один из сыновей ускользнул от него. Шестеро срослись вместе, образовав шестиликое и двенадцатирукое существо (кстати, и двенадцатиногое, но эта деталь не всегда подчеркивается) – Канду, или Катарагама-девийо. Седьмой сын также «не пропал» – из него получилось божество Кадавара-девата, почитаемое у одной из сингальских этнографических групп («ванни»), близкой по своему облику и образу жизни к веддам [247, с. 65; 49, с. 20-21].

О связи Канды-кумары (Катарагамы-Сканды) с культом природы говорит и такая легенда, где он выступает по функции как водное, а именно речное, божество. Это одновременно и легенда о создании храма этого бога в Катарагаме. (В настоящее время здесь находится целый храмовой комплекс: кроме храма самого Катарагамы тут есть и девал Вишну-Упулвана, и тамильский храм Шивы, и некоторые другие храмы. Сравнительно недавно была выстроена и буддийская ступа (чайтья), которой ходят поклониться после посещения храмов верующие сингалы.)

Однажды Канда, бродя по лесам юго-восточной части острова (это и теперь главный район почитания бога), встретился на берегу р. Мяник-ганги с сингальским царем Дутугямуну. Тот отправлялся на войну с тамильским завоевателем Эларой. Было время разлива реки, и царь был в затруднении: какое место выбрать для переправы войска. И тогда бог Канда явился к нему и показал брод. В благодарность царь дал обет в том, что если он одержит победу в битве с тамильским войском, то выстроит храм (девал) в честь этого бога.

Военная фортуна улыбнулась Дутугямуну, и победитель исполнил данное слово: на берегу Мяник-ганги, в том месте, где армия царя перешла в свое время реку, возник пышный храм бога Канды. В фольклорном произведении «Канда-мала» («Гирлянда историй о Канде») рассказывается, что храм имел три этажа, а ворота у входа в храм были высотой в «семь шагов». Относительно современного храма надо сказать, что он имеет вполне умеренные пропорции.

Теперь через реку к храму Катарагамы переходят по мосту, однако по правилам его нельзя пересечь, не совершив предварительно омовения в ее водах. Кстати, считается, что вода Мяник-ганги имеет асептические свойства из-за высокого содержания серебра (аналогично с водами индийского Ганга). Во всяком случае, все верующие совершают положенное омовение (особенно дети плещутся с восторгом), а также переодеваются в чистые одежды (нередко белые). И лишь затем, купив набор подношений (в который входят цветы, фрукты, кристаллы камфоры – их сжигают в огне храмового светильника, ароматические палочки, а также миниатюрные фигурки из серебра – изображения руки, ноги, дерева, дома, лодки, в соответствии с тем, что просит адорант у бога: вылечить ли руку, ногу, защитить ли вновь посаженные деревья, подарить дом, лодку и т. п.), вступают на мост и переходят на другой берег.

Итак, Канда, храм которого находится в Катарагаме на берегу Мяник-ганги, связан и с этой рекой, и, возможно, с горами, в которых она берет начало.

Примечательно, что его культ тесно связан с религиозными представлениями веддов. Ведды поклоняются «матушке Валли» – богине, которая считается второй женой Катарагамы (первой кроме Парвати называют еще Деваяни). Валли, по преданию, родилась от лани, которая съела вместе с травой семя отшельника, и принадлежала народу веддов. Однажды ее увидел Катарагама и был настолько пленен ее необычайной красотой, что взял в жены. Теперь недалеко от храма Катарагамы, за рекой Мяник-ганга, имеется и храм Валли-аммы. Обычно верующие посещают оба храма.

С Катарагамой увязывают еще одно божество, менее значительное: это Косгама-девая (его называют еще и Куда-яка). Природа этого божества явно смешанная: он полубог, полудемон. По характеру он мелкий воришка: выдаивает молоко у коров, таскает рис с полей.

Канда-Катарагама по преимуществу божество грозное, его не только почитают, но и боятся. Это скорее не бог-покровитель, а бог-судья. В этих его чертах можно увидеть два источника: во-первых, он воспринимается верующими в какой-то степени так же, как злоносящий демон, которого следует бояться и задабривать. Кстати, Катарагама – единственный из пантеона главных богов, которому еженедельно приносится в жертву мясо [214, с. 382]. Во-вторых, тут проявилось и влияние шиваизма, которому свойственны тенденции аскетизма и самоистязания. Культ Катарагамы-Сканды в целом несет черты сильного влияния шиваизма, основной религии ланкийских тамилов, которое вряд ли стоит преуменьшать. И хотя среди сингальских богов-покровителей мы не находим самого Шивы [ср. 49, с. 338], однако Сканда – важнейший персонаж шиваитского цикла, к тому же в тамильской религии имя Сканды очень часто выступает как эпитет самого Шивы.

Смешанный характер этого божества способствует тому, что почитание его широко распространено и у сингалов-буддистов, и у шиваитов-тамилов, и у веддов. Его храмы посещаются всеми, в некоторых служат жрецами не только капуралы-сингалы, но и брахманы из Бенареса, другие в праздники берут под свою охрану ведды [313, с. 148-150].

Очень возросла популярность этого божества в наши дни (82). Г. Обейесекере связывает его популярность с возрастанием социально-экономических трудностей в современном сингальском обществе. Универсальный характер власти Катарагамы способствует тому, что к нему обращаются верующие с разнообразными просьбами, в частности многие – в случаях общественных и материальных затруднений [214, с. 377-396].

————————————————————————————————————————————————————

(82) Так, в 1973 г. его храм в Катарагаме посетило 550 тыс. паломников [214, с.

————————————————————————————————————————————————————

 

Заметно контрастирует по своей сущности с Катарагамой бог Натха, также занимающий очень важное место в сингальском пантеоне богов-покровителей. Имя его этимологически означает «господин, повелитель». Иначе его еще называют Натхендра (Натха + Индра) или Натиндун.

Натха имеет явно буддийские черты в связи с ролью, которая отводится ему в пантеоне. Прежде всего этот бог абсолютно благостный, от него нельзя ожидать никакой угрозы, и верующий обращается к нему лишь за покровительством.

Натха – бодисаттва, и появление этого персонажа, по-видимому, тесно связано с влиянием махаянистских сект, существовавших на острове. Таким, судя по описаниям, он выступает в упоминавшейся уже нами поэме XV в. «Послание попугая». Он здесь Авалокитешвара махаянистов, будда будущего, он же исцелитель всех недугов, постоянно усовершенствующийся в добродетели, чье сокровенное желание заключается в том, чтобы привести к нирване бессчетные существа, потонувшие в океане сансары, т. е. в бесконечности перерождений [149, с. 197-198]. Он описывается в ней как «прекрасноликий, прославленный во всем мире, вечно исполняющий роль бодисаттвы».

Автор поэмы, старейшина монахов монастыря Тотагаму-вихара, известного культом Натхи, сам считался большим поклонником, преданным почитателем этого бога как бодисаттвы. В своей поэме он обращается к Натхе с просьбой даровать покровительство и благо стране и ее царю (в то время Паракрамбаху VI, 1415-1467 гг.). Он будда-аграшравака, (или Меттея (то же Майтрея), т. е. будда, который явится в следующей эре (через 5000 лет с момента паринирваны Будды Гаутамы).

Культ Натхи на Ланке имеет большую давность, сохранилось немало статуй, изображающих этого бога, а также упоминаний об обрядах и церемониях в его честь.

Натха воспринимается как покровитель буддийской веры, и каждый верующий, обращаясь к этому богу, мечтает суммой своих моральных заслуг достичь в будущем рождения в ту эпоху, когда Натха явится как аграшравака-будда, чтобы познать от него истинную веру и достичь конечного освобождения в нирване. Но в то же время к Натхе обращаются с просьбой о защите от покушения враждебных сил, от злых духов, от болезней и несчастья, молят его о покровительстве, о даровании процветания и здоровья [120, с. 128-129].

И теперь сингальским буддистам Натха прежде всего представляется как будда будущего, «проживающий» до сих пор в одном из раев (дева-локая), а именно в небе Тушита. В то же время иногда Натху называют Натараджа, т. е. эпитетом Шивы, однако и в этом случае функция будды-аграшраваки (или Майтри-будды, т. е. Майтрейи) остается для него важнейшей.

Заметим, кстати, что культ Шивы вообще не имеет никакого распространения среди сингалов, в то же время большинство ланкийских тамилов – шиваиты, и храмы их посвящены, как правило, Шиве, хотя в них бывают также изображения Вишну и других индуистских богов и богинь. Культ Шивы был популярен на острове (видимо, преимущественно у выходцев из Южной Индии) уже в древности и особенно в средние века. Шиве – Божественному Отшельнику был посвящен храм Исурумуния (санскр. Ишвара-муни), одно из древнейших сооружений Анурадхапуры. Из тринадцати индуистских храмов Полоннарувы семь были посвящены Шиве, пять – Вишну и один – Кали [247, с. 90-105].

 

«Представителем» Будды Гаутамы, покровителем всех священных мест и реликвий буддизма на острове считается бог Саман. Буддийский характер этого божества также подчеркнут представлением верующих о его постоянной и неизбывной благостности и доброте. От него нельзя ожидать ничего дурного, и в отношении к нему, как и к Натхе, выказывается лишь почтительная приверженность, без малейшего элемента страха.

Этимология его имени неясна, существует ряд слов с различными значениями, которые могут быть сопоставлены с именем этого бога, но тем не менее не проясняют его природы. Саман, в частности, один из частых эпитетов самого Будды, употребляемый в значении «буддийский аскет, подвижник» (по происхождению слово родственно и термину «саманера») (83).

————————————————————————————————————————————————————

(83) Саманера – буддийский послушник, подробнее см. в главе «Буддийский культ».

————————————————————————————————————————————————————

Этот эпитет применяется в отношении Будды во многих канонических текстах, часто с добавлением «великий саман». В буддийской же и добуддийской философской терминологии саман означает также «песнь» как элемент (элементы) Вселенной.

Но, по-видимому, ни то, ни другое значение этого слова не имеет прямого отношения к имени бога Самана, которого к тому же иногда называют (называли) и Суманом (84). Сумана (или Великий Сумана) с эпитетом «царевич богов» упоминается в первой главе «Махавансы» как строитель ступы над реликвией – «волосом Будды» [21, I, стк. 33-36].

————————————————————————————————————————————————————

(84) Обычно это имя расшифровывается как «су+мана», т.е. «добро+умный», «добро+душный» [149, с. 87], но это, по-видимому, наивная этимология. Заметим, что Адамов пик по-сингальски называется Суманакутая или Са-мантакутая, где «кутая» означает «пик», «сумана» ассоциируется с именем бога, а «саманта» (слово санскритского происхождения) может быть переведено как «определенный, завершенный», а также «вселенский» [13, с. 653]. Таким образом, название горы может быть переведено как «Высочайшая вершина вселенной». В сингальском языке в сложных словах «самант» могло стать «саман» – ср., например, сингальское «саман-буддуру» – «всеблагой» (также, кстати, один из эпитетов Будды) вместо санскритского «самантабхад-ра». Не здесь ли кроется разгадка имени бога Самана?

——————————————————————————————– —————————————————————

Главная область поклонения Саману на Шри Ланке – район возле Адамова пика, где находится знаменитая святыня буддистов – «шри пада» («великий след»), т. е. «след Будды». «Шри пада» – главная из буддийских святынь острова, «приглядывать» за которыми является прямой обязанностью Самана.

Из иконографических особенностей, характерных для этого бога, называются следующие: атрибуты – церемониальный лук с наконечником в виде топорика, трезубец и стрела с четырьмя остриями, из одеяния – наголенники [161, с. 20].

 

Pages: 1 2

script type="text/javascript"> var gaJsHost = (("https:" == document.location.protocol) ? "https://ssl." : "http://www."); document.write(unescape("%3Cscript src='" + gaJsHost + "google-analytics.com/ga.js' type='text/javascript'%3E%3C/script%3E"));