♦ Пещерные и скальные храмы и монастыри

3.1 Завоевание Цейлона Англией

<< К оглавлению книги «Очерки экономической истории Шри Ланки»
Следующий раздел>>

Как известно, в первой половине XVIII в. Англия стала в значительной мере опережать в экономическом развитии Голландию. Правда, превращенные в капитал огромные богатства, вывезенные из колоний, все еще давали голландской буржуазии возможность выполнять роль ростовщика Европы и даже финансировать промышленное развитие самой Англии. Но удельный вес Голландии в мировой торговле с каждым годом уменьшался. Голландские купцы в основном стали выполнять посредническую роль. «История упадка Голландии как господствующей торговой нации, – писал в этой связи К. Маркс, – есть история подчинения торгового капитала промышленному капиталу» [2а, ч. I, с. 366]. К концу XVIII в. в результате промышленного переворота и связанного с этим развития мануфактур и возникновения фабричного производства Англия превратилась в развитую промышленную державу.

Потеря Голландией гегемонии в промышленности повлекла за собой отставание ее военно-морских сил. Используя свое военное превосходство, английская Ост-Индская компания повела наступление против своего главного конкурента в торговле – голландской Ост-Индской компании. Во второй половине XVIII в., когда в результате англо-французской борьбы в Индии почти вся Бенгалия оказалась в руках англичан, английская Ост-Индская компания начала готовиться к проникновению на Цейлон.

Помимо пряностей, жемчуга и драгоценных камней, прославивших остров в далекой Европе, для английских властей, видимо, имело значение и выгодное географическое расположение Цейлона, «откуда войска могли быть посланы в любую часть Индостанского полуострова быстрее и дешевле, чем даже из Бомбея или Мадраса» [206, с. 369]. Кроме того, на восточном побережье острова имелась прекрасная естественная бухта Тринкомали, которая уже во второй половине XVIII в. неоднократно использовалась англичанами для зимней стоянки судов (1), но в каждом отдельном случае им приходилось обращаться за разрешением к голландским властям. Таким образом, интерес Англии к Цейлону вызывался как экономическими, так и военно-стратегическими соображениями.

———————————————————————–

(1) 1746 по 1795 г. английский флот в общей сложности пользовался этой 15 раз [141а, с. 18].

———————————————————————–

Прежде чем начать открытое выступление против Голландии, англичане решили заручиться поддержкой правителя Кандийского государства и в 1762 г. направили в Канди первую дипломатическую миссию во главе с Дж. Пибусом [136а, с. 400; 217, с. 40]. Англичане были тепло приняты Кирти Шри Раджасингхой. В ходе переговоров Пибусу удалось выяснить, что кандийский правитель согласен предоставить англичанам концессию для строительства форта на восточном побережье Цейлона, более того, он готов разрешить им закупать кандийскую корицу, если ему будет оказана военная помощь в борьбе с; голландцами [217, с. 40-41]. Однако в результате этих переговоров договор о военной помощи все же не был подписан, так как оказалось, что Пибус не имел для этого необходимых полномочий.

В течение двух последующих десятилетий английские колониальные власти в Индии, занятые завоеванием Бенгалии и затем Майсура [подробно об этом см. 76, с. 84-245], не предпринимали попыток обосноваться на Цейлоне. Но к концу 80-х годов превосходство английского флота над голландским стало настолько очевидным, что англичане решили отобрать у Голландии один из ее фортов, расположенных на восточном побережье Цейлона, с тем чтобы использовать его как базу для дальнейшего овладения островом.

В начале 1781 г. английский флот захватил Тринкомали, оставив там небольшой гарнизон [223, с. 25]. Отсюда англичане направили для переговоров в Канди вторую дипломатическую миссию – во главе с У. Бойдом [217, с. 41], но, узнав, что Бойд уполномочен только английской Ост-Индской компанией, правитель Кандийского государства прервал переговоры.

Между тем положение английского гарнизона в Тринкомали осложнилось: в августе 1781 г. на помощь голландцам подошел французский флот, и после непродолжительной осады форт был взят французскими войсками. Англичане направили на помощь осажденному гарнизону военный флот, но он запоздал и прибыл в Тринкомали, когда форт уже был в руках французов. Здесь завязалось сражение, в котором участвовало 13 английских и 14 французских кораблей, но силы оказались равными: «бой длился целый день, но ни одна из сторон не смогла одержать победы. Оба флота понесли тяжелые потери следующее утро, не возобновляя бой, французский флот возвратился в гавань Тринкомали, а английские корабли взяли курс на Мадрас» [223, с. 27]. Но сам форт находился в руках французов недолго: по Парижскому мирному договору (1783 г.) они были вынуждены возвратить Тринкомали голландцам [194, с. 5; 223, с. 27].

Вторую, еще более решительную попытку закрепиться на Цейлоне англичане предприняли в августе 1795 г., направив для овладения Тринкомали крупный экспедиционный корпус и два сипайских батальона [217, с. 41-42]. Силы оказались неравными, и через несколько дней голландский гарнизон сдался.

Сразу же после падения Тринкомали англичане направили в Канди дипломатическую миссию во главе с Р. Андреусом, который уговорил кандийского правителя подписать так называемый предварительный договор о союзе и дружбе [34, т. 1, с. 41; 217, с. 59-60]. По условиям договора кандийский король брал на себя обязательство предоставить в распоряжение англичан 5 тыс. солдат, помогать провиантом и вести торговые отношения только с английской Ост-Индской компанией. Английское военное командование, в свою очередь, обещало после ухода голландских войск возвратить кандийскому правителю территорию, захваченную голландцами в 1766 г., разрешить кандийцам иметь 10 торговых судов и оказывать им содействие при закупке за границей необходимых товаров [217, с. 60- 61; 233а, т. 1, с. 58-60]. Договор подлежал ратификации в течение двух лет со дня подписания.

Взяв Тринкомали, английские войска морем направились к фортам на севере и на западном побережье. Полная деморализованность голландских войск сделала несложным взятие даже таких сильно укрепленных фортов, как Джафнапатам и Негомбо. В Негомбо английские войска высадились на берег и, получив подкрепление, двинулись для овладения Коломбо, гарнизон которого также не смог оказать серьезного сопротивления английским войскам, хотя это был один из наиболее мощных фортов, насчитывавший до 360 пушек различного калибра, не считая военных кораблей, охранявших форт с моря, и больших запасов военного снаряжения и продовольствия [217, с. 44]. Спустя несколько дней после начала осады голландский губернатор подписал капитуляцию, и 16 февраля 1796 г. английские войска вошли в Коломбо. Не встретив серьезного сопротивления и на внутренней территории острова, английские войска взяли большинство городов почти без боя [233а, т. 1, с. 50-51]. Одновременно вела активное наступление на позиции голландцев и кандийская армия, которой удалось овладеть важными портовыми городами Путталам и Баттикалоа.

После того как английские войска оккупировали всю территорию, находившуюся ранее под властью голландских колонизаторов, кандийский правитель, ссылаясь на условия предварительного договора о союзе и дружбе, обратился к английским властям с требованием возвратить ему территорию, захваченную у него голландцами в 1766 г. Но англичане и не собирались выполнять взятых обязательств. Ссылаясь на то, что эта территория была взята ими не у кандийцев, а у голландцев, английские власти не только отказали кандийскому королю, но даже потребовали отдать им Путталам и Баттикалоа, хотя знали, что они принадлежали этому государству с незапамятных времен.

Дальнейшие переговоры по этому вопросу оказались безрезультатными [233а, т. 1, с. 63-80], и предварительный договор о союзе он дружбе не был ратифицирован ни одной сторон. Отношения правителя Кандийского государства с англичанами стали даже более враждебными, чем с голландскими властями в последние годы их господства на Цейлоне. В первые несколько лет после завоевания захваченная ангинами территория была включена в Мадрасское президентство Индии и управление островом осуществлялось представителями английских военных властей и директорами английской Ост-Индской компании [подробнее об этом см. 89, с. 112, 118; 4, с. 79; 108, с. 18].

В целях повышения доходов казны, необходимых для содержания колониального военно-административного аппарата, английские власти уже в конце 1796 г. приступили к реорганизации существовавшей на Цейлоне налоговой системы. Это прежде всего коснулось владельцев земельных участков, засаженных кокосовой пальмой, которые по новому указу обязаны были платить в казну налог деньгами за каждую кокосовую пальму, даже если она не плодоносила. Из Южной Индии на Цейлон было прислано много профессиональных сборщиков налогов, служивших в английской Ост-Индской компании.

Непосильный налог и злоупотребления сборщиков вызвали возмущение практически всех слоев населения острова и стали причиной первого крупного антианглийского восстания крестьянских масс в 1797 г., которое началось в районе Коломбо и быстро распространилось на другие прибрежные провинции и захватило даже северные районы, населенные тамилами.

Хорошо вооруженные сипайские войска, направленные англичанами сумели подавить сопротивление разрозненных повстанческих отрядов только через год. Но восставших можно считать победителями, поскольку английские власти отменили введенный налог, а индийских сборщиков отправили на родину, назначив вместо них местных – сингальских и тамильских.

С 1 января 1800 г. Цейлон был выведен из состава Мадрасского президентства и превращен в отдельную английскую колонию. В руках губернатора, назначавшегося английским правительством, концентрировалась законодательная и исполнимая власть [108, с. 18-19].

На троне в Канди в это время был восемнадцатилетний Шри Викрама Раджасингха. Пользуясь неопытностью молодого короля, его первый министр Пилиме Талаве, втайне и незаконно претендовавший на престол, не остановился перед тем, чтобы намекнуть новому губернатору Ф. Норсу о возможном убийстве короля. Но губернатор, не отвечая прямо, предложил направить в Канди своего посла для переговоров и заключения нового договора. Тогда на остров был послан главнокомандующий английскими войсками на Цейлоне генерал-майор X. Макдоуэлл в сопровождении военного эскорта. Большая численность эскорта и особенно артиллерия насторожили кандийцев. Но переданное в пути письмо Норса, адресованное Шри Викраме Раджасингхе, а также богатые подарки несколько успокоили его, и кандийцы пропустили в столицу английскую миссию вместе с эскортом. Переговоры, длившиеся две недели, не принесли никаких результатов. Предложение Макдоуэлла о том, чтобы расквартировать «эскорт» в Канди якобы «для защиты короля», было отвергнуто, и генерал Макдоуэлл покинул кандийскую столицу.

Вместе с тем миссию было бы неправильно считать совершенно бесплодной. Достаточно сказать, что Макдоуэлл привез с собой чрезвычайно важные для Норса сведения о расстановке сил при дворе, о реальном весе самого Пилимы Талаве, о вооружении кандийской армии, о трудностях, которые встанут перед английской армией во время войны с кандийским королем [217, с. 72-74]. Обладание такой информацией отчасти облегчило задачу, которую уже поставили перед собой англичане,- подчинить Кандийское государство – и ускорило выступление английских войск на Канди. Выбрав самый ничтожный повод, Ф. Норс начал военные действия. Английские войска, выступившие из Коломбо 31 января 1803 г., возглавил Макдоуэлл. Четырьмя днями позже из Тринкомали отправилась другая английская армия под командованием полковника Барбута [217, с. 75].

Армия Макдоуэлла, не считая различного рода вспомогательных и интендантских частей, состояла из 3 рот английской пехоты, 1 роты малайских солдат, 2 бенгальских артиллерийских батарей, а также 1 тыс. наемных солдат-цейлонцев – в общей сложности 1,9 тыс. солдат. Армия Барбута -была на треть меньше. Она также состояла из нескольких рот английских солдат, которым были приданы батальон малайских солдат, служивших ранее в голландской армии, и мадрасская артиллерийская батарея [191, с. 51-74; 217, с. 77-78]. В составе английских колониальных войск на Цейлоне были и солдаты африканского происхождения – бывшие рабы, которым после победы обещали даровать свободу. Они, как мы уже упоминали, закупались на невольничьих рынках в Гоа, Бомбее и Мозамбике [214, с. 173; 233а, т. 1, с. 274] и использовались для завоевания Цейлона.

Общая численность английской армии, по оценке известного цейлонского историка К. Р. де Силвы, составляла свыше 3 тыс. солдат и офицеров [233а, т. 1, с. 98]. Примерно такую же цифру приводит и английский историк Л. Миллс [198. с. 168]. Таким образом, значительная часть английской армии состояла из наемных солдат различных национальностей.

О численности кандийских войск данных нет, но, по некоторым оценкам, она составляла от 10 тыс. до 50 тыс. [217, с 114:– 119, 122], значительно превышая армию колонизаторов, хотя и уступая ей в вооружении [217, с. 96, 101, 120].

Шри Викрама Раджасингха, как и некоторые его предшественники, рассчитывал заманить противника вглубь страны и, отрезав коммуникации, т. е. лишив продовольствия и боеприпасов, заставить отступить. Именно в это время, не раньше, он предполагал ввести в бой основные силы кандийской армии. Поэтому кандийцы из чисто тактических соображений без боя сдали все крепости, стоявшие на пути от Коломбо к столице.

Не встретила серьезного сопротивления и армия Барбута, которая шла от Тринкомали. Близ Канди 20 февраля две английские армии встретились, но брать столицу им не пришлось.

Накануне прихода англичан кандийцы сами подожгли город вывезли все сокровища. Таким образом, к приходу англичан городе никого не оказалось [166а, с. 20; 217, с. ОД-92]. В марте 1803 г. англичане посадили на трон в Канди своего ставленника, который дал присягу на верность английскому королю, а кандийское государство, по существу, оказалось на положении английского протектората [217, с. 95].

Между тем состояние английской армии, расквартированных Канди, с каждым днем становилось все более угрожающим. Она, по сути дела, оказалась в окружении. Почти все коммуникации были перерезаны и контролировались кандийцами. Не хватало продовольствия, солдаты были переведены голодный паек, не было медикаментов, и болезни распростились с поразительной быстротой. В этих условиях Макдоуэлл принял решение об эвакуации основных частей, но для охраны столицы оставил в Канди крупный гарнизон под командованием Барбута. В апреле 1803 г. английские войска ли отступление в двух направлениях – на Коломбо и Тринкомали. До Коломбо добрались очень немногие, не более солдат и офицеров. Но среди них было много тяжелораненых и через три месяца в живых осталось всего 100 человек с. 108]. Примерно такое же положение сложилось и в подразделениях, пришедших в Тринкомали.

Тем не менее губернатор Норе все еще надеялся с помощью Пилиме Талаве низложить подлинного кандийского короля.

Вернувшись в Канди, Макдоуэлл застал оставленный им гарнизон в тяжелом положении: командующий Барбут умер от тропической лихорадки, среди солдат трудно было найти тех, кто мог еще держать оружие или зарядить пушку [217, с. 111]. В гарнизоне началось брожение, участились случаи дезертирства.

Макдоуэлл решил эвакуировать оставшиеся боеспособные войска. Раненые и больные были оставлены в госпитале и с ними – небольшой гарнизон под командой майора Дж. Дэви. В Канди продолжал находиться с охраной и небольшой свитой коронованный англичанами ставленник [217, с. 118-119].

Вскоре после ухода Макдоуэлла майору Дэви донесли, что близ Канди сконцентрированы крупные военные силы кандийцев- не менее 20 тыс. Дэви решил пробиваться к Тринкомали. Вместе с английскими войсками покинул Канди и марионеточный король. На одной из переправ кандийские войска под командованием Пилиме Талаве окружили остатки английской армии, и майору Дэви пришлось сложить оружие и выдать кандийцам «короля». Все захваченные в плен были уничтожены [217, с. 120].

В столице кандийские войска ворвались в госпиталь, ограбили и убили более 100 оставленных здесь англичанами раненых и больных [54, с. 40; 191, с. 84; 217, с. 120-121].

Таким образом, первая попытка англичан подчинить Кандийское государство потерпела полный провал. Захватив большие трофеи, в том числе много пушек, Шри Викрама Раджасингха собрал крупную армию. Отдельные подразделения кандийских войск все чаще стали проникать в юго-западные и восточные провинции, оккупированные англичанами. Иногда они появлялись даже в северных провинциях, около Манара и Джафны. Положение колонизаторов на Цейлоне сделалось весьма тревожным. Норе в спешном порядке усилил гарнизоны крепостей Негомбо, Чилав, Путталам и Матара, так как другие, менее значительные крепости уже были захвачены кандийцами. Вскоре трехтысячный отряд кандийцев осадил форт Чилав. Другое войско – 12 тыс. кандийцев – начало осаду Коломбо [217, с. 140]. Однако внезапная атака англичан, поддержанная артиллерией форта, вынудила кандийскую армию начать отступление. Теперь английские войска стали одерживать одну победу за другой. Карательные экспедиции победителей широко известны жестокостью. Так, по официальным данным английских властей, «один из отрядов в ноябре 1804 г. за семь дней сжег 93 деревни и около 100 тыс. бушелей риса…» [217, с. 145].

Итак, действия английских войск, по существу, мало отличались от действий их предшественников – португальских и голландских колонизаторов, хотя масштабы существенно уменьшились.

В мае 1803 г. на пост командующего английской армией на Цейлоне вместо ушедшего в отставку Макдоуэлла был назначен генерал-майор Д. Уэмисс, имевший за плечами опыт ведения боевых действий в Америке, Вест-Индии, Италии и других странах. Ознакомившись с обстановкой и детально изучив опыт ведения боевых действий своей армии и войск кандийского короля, он решил внести в тактику войны некоторые изменения. Так, по его мнению, вместо двух крупных – по масштабам Цейлона – армий, следовало организовать небольшие (от 300 до 600 человек в каждом) мобильные подразделения [217, с. 156] и вести наступление .на столицу одновременно с разных сторон.

В сентябре 1804 г. приготовления к новому выступлению английских войск были закончены. В соответствии с полученной инструкцией военные подразделения были сформированы в шести городах: Коломбо, Негомбо, Чилав, Тринкомали, Хамбантоте и Путталаме. Основную часть армии составляли малайские солдаты и индийские сипаи. В конце сентября они почти одновременно выступили, получив приказ захватить столицу Кандийского государства [217, с. 156-174]. Но добраться до Канди удалось только отряду под командованием А. Джонсона, сформированному в Хамбантоте; наступление других было приостановлено кандийскими войсками. В Канди Джонсона, как и многих его предшественников, встретили пустые улицы. Прождав три дня и получив сообщение, что другие отряды не сумеют преодолеть сопротивление кандийской армии, Джонсон решил отступить. Но путь, по которому пришел отряд, кандийцы уже успели завалить срубленными деревьями. Поэтому англичане двинулись в восточном направлении, к Тринкомали. Во время отступления отряд был неоднократно атакован кандийцами, и немногие вернулись в расположение своих основных частей. Те, кому посчастливилось добраться, оказались в таком изможденном состоянии, что сразу же были отправлены в госпитали и, по сведениям очевидцев, «почти все вскоре умерли; очень, очень мало кому удалось выжить» [217, с. 170].

Так бесславно закончилась вторая попытка англичан подчинить Кандийское государство. Только теперь английские власти, очевидно, поняли, что для захвата требуются несравненно большие силы. Поэтому в течение последующих десяти лет они не предпринимали попыток овладеть этим государством, но продолжали внимательно следить за происходившими там событиями.

В 1805 г. вместо Норса, вышедшего в отставку, на Цейлон был назначен губернатором генерал-майор Т. Мейтленд, осуществивший на острове целый ряд реформ. В целях уменьшения расходов на содержание административного аппарата в колонии английская армия на Цейлоне, насчитывавшая к тому времени около 11 тыс. солдат и офицеров, была сокращена примерно на треть за счет укрепления дисциплины и создания батальона, состоявшего исключительно из солдат африканского происхождения, которые ставились Мейтлсндом даже выше, чем малайские и сипайские солдаты. При этом боеспособность армии «была сохранена на прежнем уровне» [217, с. 181].

Новый губернатор совершенно по-новому сформулировал основную цель политики английских властей по отношению к Кандийскому государству: Мейтленд считал необходимым установление мирных отношений с кандийским правителем, и это ему в значительной степени удалось.

Победы над англичанами создали молодому Шри Викраме Раджасингхе заслуженную славу. Из марионетки в руках придворной знати он превратился в короля, способного самостоятельно принимать важные решения. Так, несмотря на возражения феодалов, он осуществил некоторые реформы, в известной мере ограничившие произвол местных чиновников и представителей торгового капитала.

При нем были начаты большие работы по благоустройству столицы Канди, запрещена продажа спиртных напитков. По его приказу владельцы земельных участков, на которых выращивались некоторые виды экспортных культур, стали сдавать урожай на королевские склады по установленным ценам [217, с. 195-196, 201].

Самостоятельность короля не нравилась его приближенным. При дворе несколько раз организовывались заговоры, имевшие целью убийство Шри Викрамы Раджасингхи. Король жестоко казнил заговорщиков [217, с. 196]. Некоторые феодалы сумели даже поднять в провинциях несколько восстаний против короля, но все они были подавлены [217, с. 205-206; 233а, т. 1, с. 148- 153]. Иногда заговорщики обращались за помощью к английским властям, но последние, не будучи уверены в успехе, помогать не торопились, хотя и обещали.

С годами король все более склонялся к испытанному средству восточной деспотии – физическому уничтожению противников. Страшные казни вызывали глубокое недовольство широких народных масс и разочарование даже среди ближайших друзей короля. Особенно возмущало кандийцев то, что впервые за всю историю Кандийского государства король сажал в тюрьму и даже казнил буддийских священников и монахов, если уличал их в помощи заговорщикам.

Задел король и интересы купцов-мавров, которых теперь по его приказу привлекали к несению военной службы. По единодушному мнению буддийского духовенства, король оказывал буддийской сангхе мало внимания и даже посмел отобрать у нее земли двух деревень, с древнейших времен принадлежавших храму Зуба Будды в Канди [141, с. 174; 233а, т. 1, с. 150-151]. Как сообщает английский историк Г. Вудкок, «спасаясь от террора, представители различных слоев кандийского общества стали переходить на территорию, захваченную английскими войсками» [253, с. 861].

Новый губернатор Р. Броунригг был хорошо осведомлен обо всем, что происходит в Кандийском государстве. Обстановка подсказывала, что для английских войск наступает благоприятный момент. Поэтому он подготовил свои войска к походу. После обсуждения детально разработанного плана военных действий было решено начать наступление на столицу Канди одновременно с пяти сторон.

В этой операции должно было принять участие 2,7 тыс. солдат и офицеров, а в общей сложности с учетом вспомогательных и интендантских частей – не менее 4 тыс. человек. Значительная часть военных подразделений была укомплектована малайцами, сипаями и солдатами африканского происхождения (2).

———————————————————————–

(2) По мнению некоторых исследователей [102, с. 83], для завоевания Цейлона англичане использовали и непальских гуркхов, однако источниками эти сведения не подтверждаются.

———————————————————————–

Английские солдаты и офицеры, по имеющимся оценкам, составляли не более трети общей численности колониальной армии [217, с. 209-210; 233а, т. 1, с. 152- 155]. Войскам была придана легкая артиллерия.

Англичане умело использовали недовольство населения политикой Шри Викрамы Раджасингхи, распространив написанную по-сингальски прокламацию, в которой указывалось, что целью наступления английских войск является освобождение кандийцев от тирании короля, восстановление прав кандийских феодалов и буддийской сангхи и сохранение их собственности [217, с. 281-282; 233а, т. 1, с. 157].

Повод, как обычно, был выбран ничтожный (арест и ограбление кандийскими войсками десяти торговцев, проживавших в Коломбо, обвиненных в шпионаже, увезенных в Канди и там казненных). Броунригг расценил это как оскорбление подданных английского правительства и в начале января 1815 г. отдал приказ о выступлении.

На этот раз Шри Викраме Раджасингхе не удалось оказать англичанам сопротивления, хотя в его распоряжении была еще весьма сильная по тому времени армия, командующий которой, однако, давно был связан с английской разведкой [217, с. 214]. Эта армия вместе со своим командиром при первом удобном случае сдалась в плен англичанам Английские войска без единого выстрела подошли к столице и в начале февраля 1815 г. взяли ее без боя [217, с. 215-217]. Объясняя столь быстрое продвижение колониальных войск, один из свидетелей этих событий, имя которого осталось неизвестным, писал, что «английским войскам легко удалось захватить Канди, так как практически все приближенные короля были недовольны его политикой» [54, с. 51].

Через несколько дней недалеко от Канди был схвачен и выслан в Мадрас сам король [70, с. 8]. Вскоре после захвата столицы без боя сдались и другие крепости и города Кандийского государства.

Таким образом, только на третий раз попытка англичан овладеть Кандийским государством оказалась успешной. Уже через два месяца после начала наступления все Кандийское государство оказалось в руках английских властей. Представители местной феодальной аристократии, активно поддерживавшие англичан в этой операции, были награждены английскими орденами. Для сохранения завоеванных позиций крупные военные части общей численностью 1,6-1,8 тыс. солдат и офицеров были расквартированы в Канди и во всех других более или менее крупных городах и крепостях [191, с. 133; 217, с. 224].

В начале марта 1815 г. между английскими колониальными властями и представителями кандийской аристократии в Канди была подписана конвенция [54, с. 67-73; 191, с. 213-216; 217, с. 283-285]. По ее условиям вся полнота власти оказывалась в руках английского военного командования. Бывший правитель Кандийского государства был официально низложен, а его территория была включена в состав английских колониальных владений. Все права и привилегии, которыми пользовались раньше местные феодалы, а также их власть на местах, отобранная последним кандийским монархом, были восстановлены. Необходимые заверения в поддержке получили и руководители буддийской сангхи.

Впоследствии, в XIX в., некоторые из этих привилегий были постепенно отобраны, и на этой почве феодалы при поддержке буддийской сангхи дважды – в 1817-1818 гг. и в 1848 г.- поднимали на борьбу народные массы, пытаясь свергнуть господство английских колонизаторов [104, с. 82-87; 108, с. 24- 26, 57-60], но восстановить утерянный суверенитет кандийцы уже не смогли.

<< К оглавлению книги «Очерки экономической истории Шри Ланки»
Следующий раздел>>
script type="text/javascript"> var gaJsHost = (("https:" == document.location.protocol) ? "https://ssl." : "http://www."); document.write(unescape("%3Cscript src='" + gaJsHost + "google-analytics.com/ga.js' type='text/javascript'%3E%3C/script%3E"));